Даже для человека, привыкшего к материалистическим представлениям, это членение человека – с лежащим в его основе числом семь – не имело бы в себе того «неясно магического», которое он часто приписывает этому числу, если бы он точно придерживался смысла вышеприведенного изложения и сам заранее не вносил бы во все это «магического». Только с точки зрения более высоких форм наблюдения мира, и ни с какой иной, говорит тайноведение об этих «семи» членах человека, – как говорят о семи цветах спектра или семи звуках гаммы (рассматривая октаву как повторение основного тона). Как свет является в семи цветах, звук – на семи ступенях, так единая человеческая природа – в семи означенных членах. Как в звуке и цвете число семь не вносит с собою ничего «суеверного», так не имеет это места и в тайноведении. (Когда это однажды излагалось устно, было сделано возражение, что относительно цвета с числом семь дело обстоит не совсем так, ибо по ту сторону красного и фиолетового существуют еще другие цвета, только не воспринимаемые глазом. Но если принять в соображение и это, то сравнение с семью цветами все-таки сохраняет свое значение, так как существо человека продолжается как по ту сторону физического тела, так и по ту сторону Духо-человека; только для средств духовного наблюдения, о которых говорит пока тайноведение, эти продолжения человеческого существа «духовно невидимы», как цвета по ту сторону красного и фиолетового невидимы для физического глаза. Это замечание необходимо было сделать ввиду той легкости, с какой возникает мнение, будто тайноведение недостаточно считается с естественно-научным мышлением и обнаруживает в этом отношении дилетантизм. Но кто правильно отнесется к тому, что хочет сказать тайноведение, тот может убедиться, что оно поистине нигде не находится в противоречии с подлинным естествознанием: ни в том случае, когда оно для наглядности приводит естественно-научные факты, ни когда оно вступает со своими суждениями в непосредственное отношение к естественно-научному исследованию.)
Что обозначением «эфирное тело», «жизненное тело» не должно быть просто обновлено старое, отброшенное естественной наукой воззрение о «жизненной силе» – об этом автор этой книги высказался в своей «Теософии».
